Об открытии «Выставки всех» в «Белгазете» Максим Иващенко написал статью, вот она . Статья по-усталому злая: человек заглянул на то, что, видимо, посчитал ещё одной арт-вечеринкой, в смысл происходящего вникать сильно не стал и, поскольку его там недостаточно развлекли, выдал раздражённый текст, где некорректно и неверно едва ли не всё, от заглавия «Шизо-пати» до издевательского описания выступления пациентов интерната.

«Шизофрения, неподтвержденная шизофрения, болезнь Дауна, шизофрения», - пересчитала картины куратор «Выставки всех» Дарья Яскевич. - так начинается у Иващенко описание действия, но это был не пересчёт картин, зрителям напоминали, чем страдают художники, и что картины для них один из немногих способов что-то рассказать о себе – о чём в статье нет ни слова. Как нет и попытки сформулировать главную идею мероприятия – показать пациентов людьми, у которых есть мечты, переживания, своя внутренняя вселенная, которая ни в коей мере не является «неполноценной» по отношению к нам, условно здоровым.

…те картины, что удалось разобрать в торжественной полутьме праздничного открытия, выглядели вполне обычными: как для арт-терапевтических будней пациентов психлечебницы, так и для никогда особо не умевшего рисовать человека. Широко закрывая глаза на синтаксическую организацию цитируемого высказывания, сообщаю, что до начала «официальной части» открытия у посетителей было достаточно времени при ярком свете осмотреть все выставляемые работы, причём в толпе перед картинами смешались зрители, авторы из интерната и актрисы Театра белорусской драматургии – по сути, это уже было частью мероприятия, о чём статья опять-таки молчит как партизан. Тем не менее, «торжественная полутьма» не смогла помешать автору статьи разглядеть под слоем краски карандашные клеточки, и о своём открытии автор сообщает не без удовольствия, намекая на дилетантизм выставляемых художников – однако, к разбиванию листа на участки прибегают далеко не только для срисовывания чужого (во время работы над эскизом это помогает правильно разместить предметы) и далеко не только любители (см. фильм Гринуэя «Контракт с рисовальщиком»).

Если оценка выступления «Лаборатории абсурда» остаётся целиком на совести вкуса автора, то описание концерта пациентов диспансера, как я уже говорил выше, явно издевательское: дело не только в стёбе там, где он абсолютно неуместен, а в нежелании видеть в выступающих людей – «интернатовских вытянули в центр зала», «некто Толик», «пациент в желтой майке», «пара больных», «аутсайдеры» - им отказано в полноценной, самостоятельной деятельности, Толик оказался единственным (!) из всех выступающих и художников из интерната, кого автор назвал по имени, да и то с оговоркой «некто».

Вопрос куратора, заданный в конце открытия, не имел цели никого «огорошить», только заставить задуматься и попробовать почувстовать себя на месте художников, многие из которых фактически приговорены к пожизненному заключению в стенах интерната.